 |
Сегодня в этих клубах дыма среди прочих был и прах двух ветеранов — часовщика Яна Сибельского и университетского профессора Йоеля Буксбаума...
Я. 15/3.V 44. Чаадаеву М. Я. 25.V 45. Тургеневу Н. И. 6.VI 46. Тургеневу Н. И. 15.VI 47...
Мать спросила: -- О чем ты плачешь? И мал..
Смотрите также:
Майкл Асквит. Честертон, весельчак и пророк
Артем Липатов. Настигнутый радостью
Н.Л.Трауберг. Честертон в России
Андрей Зайцев. Несерьезный Честертон
Макс Фрай. Человек, который был Честертоном
Вы читаете «Бесславное крушение одной блестящей репутации», страница 1 (прочитано 0%)
«Потрясающие приключения майора Брауна», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Проклятая книга», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Перелетный кабак», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Перевод В. Стенича
"Клуб удивительных профессий" - так назвал цикл своих новелл, одну из
которых мы предлагаем в этом номере журнала вниманию читателей, известный
английский романист и рассказчик Г. К. Честертон (1874-1936). Мастер
приключенческого жанра, создатель образа неунывающего детектива-любителя
Брауна, коллеги Шерлока Холмса и комиссара Мегре, Честертон был тонким
юмористом, высмеивающим продажную мораль английского буржуазного общества.
Персонажи честертоновских новелл этого цикла - члены "клуба" - люди,
находящие себе средства к существованию занятиями, не значащимися ни в одном
профессиональном реестре. Всегда изобретательные, а зачастую и жуликоватые,
эксцентрично-беспринципные, они - логичное порождение того мира, где всегда
находят себе сбыт ловкая ложь, изворотливость и шантаж. Но подлинные герои
Честертона, конечно же, не эти ловкачи и пройдохи, а тот, кто выводит их на
чистую воду, разоблачитель жулья - Бэзиль Грант, персонаж, во многом
родственный Брауну. Это ему доверил автор выразить свою заветную мысль: не в
аристократических салонах, а в беднейших кварталах Лондона живут хорошие
люди, именно они, эти кварталы бедноты, "...дают так много свидетельств
высоты человеческой души".
В один прекрасный день мы с Бэзилем Грантом беседовали, сидя на
империале полупустого трамвая; во всем мире нет более удобного места для
бесед.
Мимо нас двигались неизмеримые серые пространства Северного Лондона;
медленный ход трамвая давал нам возможность постичь всю их необъятность и
нищету. Мы впервые поняли истинный ужас беднейшей части Лондона.
- Но одного вы не должны забывать: эти казенные, плебейские кварталы
дают так много свидетельств высоты человеческой души, - обычным своим
рассеянным и серьезным тоном сказал Бэзиль Грант, когда я поделился с ним
своими мыслями. - Я согласен с вами. Я согласен с тем, что эти люди обречены
на более чем варварскую жизнь. На их долю выпала цивилизация третьего сорта.
И все же я твердо уверен, что большинство здешних жителей - хорошие люди. А
стремиться быть хорошим - это гораздо более рискованная и смелая авантюра,
чем пуститься на парусной лодчонке в кругосветное плавание, к тому же...
- Продолжайте, - сказал я. Ответа не последовало. - Продолжайте, -
повторил я, взглянув на него.
Большие голубые глаза Бэзиля, казалось, выкатились из орбит, он не меня
слушал. Он пристально смотрел на улицу.
- В чем дело? - спросил я, глядя в том же направлении.
- Это просто удивительно, что как раз в момент величайшего моего
оптимизма я напоролся на этого человека.
Тем временем:
.....
