 |
В то время, пока Геленка искала что нибудь в справочнике, кто то мог стащить две сотни из ящика. Послушайте. Филипек, не могли бы вы мне показать, кто..
Зато Том любил поговорить и к тому же знал испанский отменно. В подвале были скамья и четыре циновки...
Общий вид сарая с флагом над крышей. Подошел почтальон к сараю. Крупная надпись: ШТАБ КОМАНДЫ &nb..
Смотрите также:
Дмитрий Быков. Гильберт, Оскар и мы...
Макс Фрай. Человек, который был Честертоном
С.С. Аверинцев. Г.К.Честертон, или Неожиданность здравомыслия
Майкл Асквит. Честертон, весельчак и пророк
Александр Гаврилов. Г.К.Честертон. Парадоксы мистера Понда
Вы читаете «Наполеон Ноттингхильский», страница 1 (прочитано 0%)
«Потрясающие приключения майора Брауна», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Проклятая книга», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Перелетный кабак», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Бесславное крушение одной блестящей репутации», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Перевод с англ. В.Муравьева.
ХИЛЭРУ БЕЛЛОКУ
Все города, пока стоят,
Бог одарил звездой своей.
Младенческий совиный взгляд
Найдет ее в сетях ветвей.
На взгорьях Сассекса яснела
Твоя луна в молочном сне.
Моя -- над городом бледнела,
Фонарь на Кэмпденском холме.
Да, небеса везде свои,
Повсюду место небесам.
И так же (друг, слова мои
Не без толку, увидишь сам),
И так над скоротечной жизнью
Героики витает дух,
И лязг зловещих механизмов
Не упразднит ее, мой друг.
Она пребудет, освятив
Аустерлица кровь и тлен,
Пред урной Нельсона застыв,
Не встанет с мраморных колен.
Пусть реалисты утверждают,
Что все размечено давно,
Во тьме неведенья блуждая,
"Возможно,-- говорим мы,-- но..."
Еще возможнее другое --
В просторах благостных равнин
Под барабанный грохот боя
Возникнет новый властелин.
Свобода станет жизнью править
И баррикады громоздить,
А смерть и ненависть объявят,
Что явлено -- кого любить.
Вдали холмов твоих, в ночи
Мне грезилось: взметались ввысь
Под небо улицы-лучи
И там со звездными сплелись.
Так я ребенком грезил, сонный.
И ныне брежу этим сном
Под серой башней, устремленной
К звезде над Кэмпденским холмом.
Г.-К. Ч.
Перевод Муравьева Н. В., 1990 г.
Тем временем:
...
Мне говорили, что эта мама старчески эгоистична и раздражительна; если
курица оказывалась жестка или надоедала ей, старуха топала ногами на дочь и
бросала в нее ложками, вилками, хлебом. Ко мне Анна Шмит относилась очень
внимательно, но, не замечая в ней ничего интересного, я уклонялся от ее
несколько назойливых вопросов, - они почти всегда касались интимных сторон
жизни. Обычно же она говорила мало и почти всегда о "делах" города, газеты.
В бесцветных речах ее я не мог уловить ни одного оригинального, меткого
слова, которое навсегда всосалось бы в память, а я был очень лаком до таких
слов, - они, точно лучики солнца, освещая темноту души ближнего, вдруг
покажут какую-то неожиданную частицу ее и тем причастят тебя духу человека.
Убогость внешнего облика Анны Шмит безнадежно подчеркивалась убожеством
ее суждений о политике города и государства, и это давало право всем в
редакции относиться к ней так же, как относились извозчики, - считать ее
"блаженной", недоумком.
Тем более сокрушительно изумлен был я, когда священик Ф., талантливый
организатор публичных прений с бесчисленными сектантами Нижегородского края,
сказал мне, неприязненно наморщив свой нос:
- Хитрейшая старушонка эта ваша Шмит! Весьма искусный ловец человеков.
Вредное существо.
Не веря искренности изумления моего, иронически ухмыляясь он говорил в
ответ на мои вопросы:
- Будто не осведомлены? Трудновато допустить сие при наличии хорошо
известного мне любопытства вашего в отношении к людям...
Он страдал какой-то неизлечимой болезнью, его аскетически костлявое
христоподобное лицо было обтянуто темной кожей, глаза лихорадочно сверкали,
он часто облизывал губы бурым языком и нервозно ломал длинные пальцы, так
что они трещали. В спорах с "еретиками" он был ехиден, ловко пользовался
искусством эристики и умел раздражать противников так, что они оплошностями
своими всегда облегчали ему словесные победы...
