 |
Любой отъезд, любое прощание он переживал вдвойне, потому что старик, который путешествовал внутри него, каждый раз грустно шептал: этого больше никогда не будет. &n..
Я не угрожаю и нечего мне после этого пришивать, што я кому то угрожал но при стрече могу разок угостить. А потому што это тоже неправильно: увидал бабенку боле или мен..
- А так и не настоящая, - рассмеялся отец. - Отсюда кажется, что и мельница и дома... А подойдешь поближе, там ничего нет. &n..
Смотрите также:
Н.Л.Трауберг. О Честертоне-эссеисте
Роналд Нокс. Честертон. Человек и его творчество
Александр Гаврилов. Г.К.Честертон. Парадоксы мистера Понда
С.С. Аверинцев. Г.К.Честертон, или Неожиданность здравомыслия
Майкл Асквит. Честертон, весельчак и пророк
Вы читаете «Страшный смысл одного визита», страница 1 (прочитано 0%)
«Деревянный меч», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Собака-оракул», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Преданный предатель», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Мятеж материи против человека (а он, по моему, существует) стал в наши дни очень странным. С нами сражаются не большие, а маленькие вещи; и, прибавлю к этому, побеждают. Давно истлели кости последнего мамонта, бури не пожирают кораблей, и горы с огненными сердцами не обращают в ад наши города. Но мы втянуты в изнурительную, непрестанную борьбу с микробами и запонками. Вот и я вел отважную и неравную борьбу, пытаясь всунуть запонку в воротничок, когда услышал стук в дверь.
Сперва я подумал, что это Бэзил Грант. Мы собирались в гости (для чего я и одевался), и он мог зайти за мной, хотя мы об этом не договаривались. Шли мы на небольшой званый обед к очень милой, но своеобразной женщине, с которой Бэзил давно поддерживал дружбу. Она просила нас захватить с собой третьего гостя, капитана Фрэзера, известного путешественника и знатока обезьян породы шимпанзе.
Бэзил знал хозяйку давно, я никогда не видел, и потому он, тонко чувствующий оттенки и правила человеческих отношений, зашел за мной, чтобы мне легче было сломать лед.
Теория эта, как все мои теории, была законченной, но неверной.
На карточке нового гостя стояла надпись: «Преп. Эллис Шортер», а ниже, карандашом, было приписано наспех: «Очень прошу, уделите минуту, дело срочное и важное!»
Запонку я уже одолел, доказав тем самым превосходство образа Божия над слепой материей (истина немаловажная), так что, накинув жилет и фрак, выбежал в гостиную. Гость поднялся, трепыхаясь, словно тюлень, — не подыщу другого сравнения. Трепыхался плед на правой руке; трепыхались жалобные черные перчатки; трепыхалось все, даже веки, когда он вставал. То был безбровый и седовласый священнослужитель, из самых неуклюжих.
— Простите, — сказал он. — Простите, пожалуйста. Мне так неловко… Я… Я могу оправдаться лишь тем… что дело очень важное. Вы уж меня простите.
Я сказал, что прощаю, и подождал ответа.
— Это все так страшно… такой ужас… раньше я жил очень тихо.
Я места себе не находил, боясь, что опоздаю к обеду. Но в его непритворном отчаянии было что то трогательное — в конце концов, ему хуже, чем мне. И я мягко сказал:
— Пожалуйста, пожалуйста!
Однако он был поистине вежлив, хоть и стар.
— Простите, — растерянно сказал он, заметив мое беспокойство, — нехорошо, что я… мне посоветовал майор Браун…
— Майор Браун! — воскликнул я; это было любопытно.
— Да, — ответил преподобный Шортер, лихорадочно трепыхаясь, — он сказал, что вы помогли ему в трудном деле, а уж мое — труднее некуда! Ах, Господи, речь идет о жизни и смерти!
Я вскочил, совсем растерянный.
— Это длинный рассказ, мистер Шортер? — спросил я. — Понимаете, я спешу на званый обед.
Поднялся и он, трепеща с головы до ног, но, видимо, из последних сил сохраняя достоинство возраста и сана.
— Я не вправе, мистер Суинберн… да, не вправе, — сказал он. — Если вы спешите на обед, вы, конечно, должны… да, непременно должны. Только, когда вы вернетесь, человек уже умрет.
И он уселся, трясясь, как желе.
Что перед этим какой то обед? Можно ли, думал я, сидеть с неглупой вдовой и знатоком обезьян? Нет, нельзя.
Тем временем:
... Судя по всему, Эльсон был богатым американцем, ищущим в Англии покоя и уюта. Большой дом, три автомобиля, двадцать слуг…
Подъехав к парку, где начиналась усадьба Эльсона, Сюпер прислонил мотоцикл к дереву и, пройдя парк, подошел к дому, поднялся по широкой лестнице и попал в большой коридор. Он был пуст, но Сюпер услышал голоса, что доносились из соседнего помещения. Он искал кнопку звонка, чтобы позвонить, как вдруг дверь приоткрылась и чьи то пальцы ухватились за ручку…
— Только брак, Стивен, ничего другого! Я слишком долго ждала, чтобы верить обещаниям, слышишь? И знаешь, я не дура… Я не желаю больше верить обещаниям… Деньги? Мне не нужны деньги, я богаче вас…
В этот момент дверь распахнулась и на пороге показалась женщина. Сюпер узнал ее, хотя она стояла к нему спиной. То была Дженни Шоу.
Сюпер бросился вниз по лестнице, прежде чем Шоу могла его заметить. Он запустил мотор только после того, как пробежал пешком полмили. Он очень не хотел обратить на себя внимание мисс Шоу и выдать свое присутствие в Хиль Броу.
…Идя по направлению к Кинг Бенг Уолку, мистер Джим Ферраби вдыхал весенний воздух, наслаждаясь видом роскошных парков и фонтанов, окружавших храм. Адвокаты обычно замедляют ход, приближаясь к садам, как бы желая вознаградить себя за часы, проведенные в душных бюро Кинг Бенг Уолка. Ферраби, которому минуло всего тридцать, насвистывал какую то веселенькую арию. Приблизившись к лестнице, он обернулся, чтобы еще раз взглянуть на светло серебристую реку, видневшуюся отсюда, и медленно поднялся по темной лестнице. Остановившись у массивной, темно коричневой двери, он вынул ключ из кармана и повернул его в замке. Но вдруг открылась дверь напротив. Ферраби обернулся и увидел девушку. Она улыбалась. То была секретарша Кардью.
— С добрым утром, мисс Лейдж! — приветливо произнес Ферраби.
— Здравствуйте, мистер Ферраби!
Голос мисс Лейдж был очень нежен и благозвучен. Ее лицо было достойно кисти художника. Серые, искристые глаза пытливо смотрели на Ферраби. Знакомство молодых людей состоялось год назад на этой же пыльной лестнице и было очень поверхностным, не выходя за рамки случайных мимолетных бесед...
