- Вот это, - сказал продавец, - новый Алкоголеразгрузитель фирмы "ИБМ", рекламируется самыми популярными журналами...
-- Мне хотелось попробовать эту водку. Мы ведь только и делаем, что ездим по новым местам и пробуем новые вина. -- Вот именно...
Вкруг глухо отвечал на волн ревущих глас; &nb..
Смотрите также:
Роналд Нокс. Честертон. Человек и его творчество
Артем Липатов. Настигнутый радостью
Макс Фрай. Человек, который был Честертоном
Н.Л.Трауберг. Честертон и собачки
Дмитрий Быков. Гильберт, Оскар и мы...
Вы читаете «Странные шаги», страница 1 (прочитано 0%)
«Потрясающие приключения майора Брауна», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Проклятая книга», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Перелетный кабак», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Бесславное крушение одной блестящей репутации», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Наполеон Ноттингхильский», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Возвращение Дон Кихота», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Охотничьи рассказы», закладка на странице 10 (прочитано 12%)
«Стихотворения», закладка на странице 10 (прочитано 47%)
«Франциск Ассизский», закладка на странице 10 (прочитано 13%)
«Честный шарлатан», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Павлиний дом», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Перстень прелюбодеев», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Преступление коммуниста», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Три всадника из Апокалипсиса», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Восторженный вор», закладка на странице 10 (прочитано 36%)
«Воскресение отца Брауна», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Рассказы о патере Брауне», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Собака-оракул», закладка на странице 10 (прочитано 53%)
«Избранное», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Крах одной светской карьеры», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Необычная сделка жилищного агента», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Человек в проулке», закладка на странице 10 (прочитано 82%)
«Профиль Цезаря», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Лиловый парик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Странное преступление Джона Боулнойза», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Если вы встретите члена привилегированного клуба «Двенадцать верных рыболовов», входящего в Вернон отель на свой ежегодный обед, то, когда он снимет пальто, вы заметите, что на нем не черный, а зеленый фрак. Предположим, у вас хватит дерзости обратиться к нему и вы спросите его, чем вызвана эта причуда. Тогда, возможно, он ответит вам, что одевается так, чтобы его не приняли за лакея. Вы отойдете уничтоженный, оставляя неразгаданной тайну, достойную того, чтобы о ней рассказать.
Если (продолжая наши неправдоподобные предположения) вам случится встретить скромного труженика, маленького священника по имени Браун, и вы спросите, что он считает величайшей удачей своей жизни, он, по всей вероятности, ответит вам, что самым удачным был случай в Вернон отеле, где он предотвратил преступление, а возможно, и спас грешную душу только тем, что прислушался к шагам в коридоре. Может быть, он даже слегка гордится своей удивительной догадливостью и, скорее всего, сошлется именно на нее. Но так как вам, конечно, не удастся достигнуть такого положения в высшем свете, чтобы встретиться с кем либо из «Двенадцати верных рыболовов» или опуститься до мира трущоб и преступлений, чтобы встретить там отца Брауна, то боюсь, вы никогда не услышите этой истории, если я вам ее не расскажу.
Вернон отель, в котором «Двенадцать верных рыболовов» обычно устраивали свои ежегодные обеды, принадлежал к тем заведениям, которые могут существовать лишь в олигархическом обществе, где здравый смысл заменен требованиями хорошего тона. Он был — как это ни абсурдно — «единственным в своем роде», то есть давал прибыль, не привлекая, а, скорее, отпугивая публику. В обществе, подпавшем под власть богачей, торгаши проявили должную смекалку и перехитрили свою клиентуру. Они создали множество препон, чтобы богатые и пресыщенные завсегдатаи могли тратить деньги и время на их преодоление. Если бы существовал в Лондоне такой фешенебельный отель, куда не впускали бы ни одного человека ростом ниже шести футов, высшее общество стало бы покорно устраивать там обеды, собирая на них исключительно великанов. Если бы существовал дорогой ресторан, который, по капризу своего хозяина, был бы открыт только во вторник вечером, каждый вторник он ломился бы от посетителей. Вернон отель незаметно притулился на углу площади в Бельгравии. Он был не велик и не очень комфортабелен, но самое его неудобство рассматривалось как достоинство, ограждающее избранных посетителей. Из всех неудобств особенно ценилось одно: в отеле одновременно могло обедать не более двадцати четырех человек. Единственный обеденный стол стоял под открытым небом, на веранде, выходившей в один из красивейших старых садов Лондона. Таким образом, даже этими двадцатью четырьмя местами можно было пользоваться только в хорошую погоду, что, еще более затрудняя удовольствие, делало его тем более желанным. Владелец отеля, по имени Левер, заработал почти миллион именно тем, что сделал доступ в него крайне затруднительным.
Тем временем:
... — Вы берите пример с животного мира, — посоветовал Серега одному такому умнику. — Они же спокойно относятся, когда, например, одну какую нибудь собачку берут в цирк выступать. Они же не злятся. Чего вы то психуете? — Да жалко тебя… — Жалко у пчелки… знаешь где? Вот так. Серега злился, понимал, что это ни к чему, глупо, и еще больше злился. — Не обращай внимания на пустолаек, — говорила жена Клара. — Нам же хорошо, и все. Я их всех в упор не вижу. Серега поругался с родней, что они не пришли в восторг от Клары, с дружками… Бросил совсем выпивать, купил стиральную машину и по субботам крутил бельишко в предбаннике, чтоб никто из зубоскалов не видел. Мать Серега не могла понять: хорошо это или плохо. С одной стороны, вроде как то не пристало мужику бабскую работу делать, с другой стороны… Шут ее знает! — Но он же не пьет! — сказала Клара свекрови. — Чего вам еще? Он занят делом. — Дак а ты возьми да пожалей его: возьми да сама постирай, он неделю то наломался, ему отдохнуть надо. — А я что, не работаю? — Да твоя то работа… твою то работу рази можно сравнить с мужниной, матушка! Покрути ка его день деньской (Серега работал трактористом) — руки то какие надо! Он же не двужильный. — Я сама знаю, как мне жить с мужем, — сказала на это Клара. — Вам надо, чтобы он пил? — Зачем же? — Ну и все. Им же делаешь хорошо, и они же еще недовольны. — Да ведь мне жалко его, он же мне сын… — Вам не жалко, когда они под заборами пьяные валяются? Жалко? Ну и все. И не надо больше говорить на эту тему Ясно? — Господи, батюшка!.. — опешила мать. — И слова не скажи. Замордовала мужика, а ей и слова не скажи. — Хорошо, я скажу, чтобы он пошел в чайную и напился с дружками. Вас это устраивает? — Да чо ты извязалась с пьянкой то! — рассердилась мать. — Он и до тебя не шибко пил, чо ты с пьянкой то? Заладила: «пьянка, пьянка». — Хорошо, я скажу ему, что вы не велите стирать, — объявила Клара. И даже поднялась, и книжку медицинскую отложила в сторону. Мать испугалась. — Ладно! Сразу — «скажу». Только бы бегать жалиться. — Хорошо, что вы предлагаете? — Клара через сильные очки прямо смотрела на свекровь. — Конкретно. — Ничего. Только вижу я, милая, не век ты собралась с мужем жить, вот что...